Побег. Часть 2.

Дело начало проясняться, как только он узнал, что следующий поезд в далекий украинский город, где у него был приятель со времен учебы в сшиве. Там он и найдет себе прибежище.

Он попрощался со своей дорогой женой, успокаивая ее тем, что Всевышний позаботится о семье и даст им объединиться в добром здравии и в скором будущем.

Сама поездка прошла спокойно, но когда он прибыл в город, то сообразил, что у него нет адреса его друга. Он вспомнил, что спрятал адрес в укромном месте дома. Что теперь делать? В незнакомом городе опасно было расспрашивать одному еврею о другом, привлекая к себе внимание и даже навлекая опасность на своего друга.

В зале ожидания на станции было очень мало людей. Реб Залман подумал, что гораздо лучше будет потеряться в толпе, хотя он, и не знал, что делать дальше.

Раздумывая, он заметил человека в форме с красной фуражкой. Это, несомненно, был местный дежурный по станции, но всякое официальное лицо в таких местах имело «неофициальную» обязанность наблюдать за приходящими и уходящими незнакомыми лицами. На какой-то момент их глаза встретились, но реб Залман не растерялся и не показал своего испуга. Однако он понимал, что надо поскорее убираться.

В этот самый момент один человек, стоящий рядом со своей лошадью, вышел навстречу ему с улыбкой на лице, как будто он ждал его. Человек пожал ему руку и спокойно сказал на идиш: «Шолом Алейхем, я отвезу тебя, куда тебе надо. Положись на меня. Пошли».

Это было так неожиданно, что реб Залман растерялся. Он никогда не встречал этого еврея раньше, и надо было быть осторожным. Но он решил рискнуть.

«Меня зовут Меир Хомец» — представился он, нажимая на фамилию Хомец, пока они подходили к обшарпанной коляске, в которую была запряжена старая кобыла.

Обычная вежливость требовала, чтобы реб Залман назвал в ответ свое имя, но он не осмеливался. По крайне мере не сразу. Он сел в коляску молча.

«Но! Пошла, ленивая!» — погнал хозяин свою четырехногую собственность, натягивая поводья та, помахивая кнутом в воздухе.

Когда колеса телеги начали, наконец, медленно поворачиваться, Меир Хомец оглянулся на пассажира и спросил: «Куда поедем?»

Реб Залман пробормотал что-то вроде «Мне все равно...»

«Я вижу у тебя трудности» — сказал хозяин лошади. — Меир Хомец не подведет тебя. Я кое в чем разбираюсь. Я отвезу тебя к самому лучшему еврею в городе, может быть к самому лучшему в этой жалкой стране. Я отвезу тебя к Реб Янкел-Лейбу. Это уж точно. Не будь я Меир Хомец. Можешь довериться Меиру Хомецу... Реб Янкел скажет тебе это сам... «.

Реб Залман чуть не вывалился из коляски. Янкел-Лейб Эссикман и был его товарищем по ешиве, именно тем, кого он так отчаянно хотел найти!

Меир Хомец привел свою кобылу прямо во двор маленького дома реб Янкел-Лейба. Он отказался от щедрой платы, которую предложил ему благодарный реб Залман.

«От тех, кто приезжает к реб Янкел-Лейбу я не беру денег, ни одной копейки! Такой гость приглашается, как хороший добрый ломоть хомеца после Песаха! Да, господин. Это уж точно, не будь я Меир Хомец!»

Меир Хомец побыл немного и увидел, что друзья обнялись и поцеловались. Вид двух бородатых евреев, которые с такой любовью приветствовали друг друга, наполнил его сердце радостью,

«Встретимся в твоей Сукке, — сказал он реб Янкел-Лейбу, помахав рукой ему и его гостю, и отправился как раз вовремя, чтобы подготовиться к празднику.

«Как приятно глядеть на них! — пробормотал он. — Это стоит больше, чем пара рублей. Уж точно, не будь я Меир Хомец!»